coolyca

coolyca: прибабас


Из текущей деревенской жизни.
Вот часто приходится читать или слышать возмущение бездеятельностью полиции.
А вообще есть в этом бардаке один плюс.
Повадились у нас тут местные воришки обносить дома, в которых люди постоянно не живут - так называемые дачники.
Где-то год им с рук сходило. Я их пару раз встречал - идут такие утром, на рассвете буквально, по виду - типичные сталкеры, камуфляж, рюкзачки. Повадки такие - спалились - встали, типа из сапог чё-та вытряхивают, осмотрелись и назад за овраг.
А потом нашли два обугленных трупа в покрышках в овраге, отделяющим наш "раён" от основного населенного пункта. Одели добрые люди на каждого по три покрышки и сожгли нахуй.
Так в чем плюс работы полиции - а никто никого не искал. Приехали, сфоткали, трупы в мешки и в город.
Так что все плюсы налицо. И работы полиции и жизни в деревне.

- Сегодня работаем до упора!
- А я уже упоролся, можно мне домой?

Километрах в 20 от китайской границы, недалеко от международной трассы
Владивосток-Суйфунхэ, в начале 90-х стояла в ангарах сотня танков на
консервации – как я понимаю, танковый полк. Может, и до сих пор там
стоят. За каким ёжиком их столько наконсервировали на расстоянии
выстрела с китайской территории – это вопрос к мудрому высшему
командованию. Они были на консервации ещё в 80-е, я облазил тогда их
школьником вместе с друзьями, удирая от принудительных сельхозработ.
Офигевшие от безделья танкисты позволяли нам виснуть на стволах и
забираться в люки совершенно безнаказанно и бесплатно – всё равно с нас
взять было нечего, кроме кривой морковки и вечнозелёных помидоров,
которых танкисты могли и сами надёргать на окрестных полях.

Благодаря такому счастливому детству я и оказался в начале 90-х
невольным зачинщиком последующей уголовщины – рассказал об этих танках
своему приятелю. Он как раз удачно вытащил из-под японского мусорного
пресса свой первый джипик и на подъём стал очень лёгок. Приятель в своё
время отмазался от армии, но этой страницы биографии ему явно не хватило
– всё своё сознательное детство он играл в танчики. Пары ящиков
сомнительного коньяка командиру части и незначительных дополнительных
капиталовложений пузырчатой формы ему хватило, чтобы вывести ходовую
часть одного танка из консервации. Этим он существенно повысил с нуля
боеспособность доблестной воинской части. Приятель получил право каждые
выходные кататься вокруг неё по просёлочным дорогам сколько влезет.
Влезло очень многое – наскучив ближними окрестностями, приятель
забирался всё дальше и однажды вознамерился пересечь упомянутую
международную трассу. На неё он мог бы выехать и по-человечески с
просёлочной дороги – но он же был на танке! Решил немного спрямить по
полям и наконец увяз в озерце-кювете прямо под трассой.

Вообще говоря, заставить танк увязнуть довольно трудно. Но за плечами у
приятеля были права на вождение легковушки весом с гусеницу этого танка
и минутный инструктаж развеселого танкиста, который для популярности
изложения заменил все технические термины замысловатыми матами. Скорее
всего, танк и сам бы выехал из кювета, но приятель решил не рисковать –
в случае неудачной попытки ему пришлось бы потратить целый день на
расконсервацию второго танка и многое услышать о себе от командира
части.

Приятель дождался на обочине очередной туристский Икарус и голоснул.
Водитель несколько охренел, но согласился помочь. Вскоре из автобуса
посыпались удивлённые китайские туристы с вещами. Они увидели зрелище,
которое наверно было лучшим за всю их поездку – танк страшно взревел и
окутался дымом, Икарус наддал, и 45-тонная махина поползла на трассу.
Проезжую часть это особенно не повредило – она была убита задолго до
танка. Из люка высунулся закопчённый танкист в гражданском и проорал
китайским туристам что-то про пис во всём мире. Потом он огляделся и
посоветовал водиле Икаруса немедленно сваливать – далеко на бескрайних
просторах нарисовалась канареечная машинка госавтоинспекции. «Вали, я
прикрою!» - сказал приятель. Китайцы попрыгали обратно в автобус, и тот
рванул места.

Слово своё приятель сдержал – он подпустил тружеников полосатого жезла
поближе, свернул на просёлочную дорогу и принялся уходить малым ходом,
от всей души виляя задом. Приманка подействовала – гаишники свернули за
ним. По мере их приближения он плавно нарастил скорость до 80, но особо
не отрывался, храня дистанцию – впереди сбоку просматривалась довольно
ровная, но местами всё-таки порядком пересечённая местность.

Часа через два сообразительные гайцы вытащили свою машинку из какой-то
задницы и сумели добраться до железных ворот воинской части. Приятель в
это время уже подъезжал к Владивостоку. Как потом рассказывали
солдатики, часовой выразительно крутил пальцем у виска и смеялся, на
территорию воинской части пустить отказался категорически.
К сожалению, танковые прогулки на этом пришлось прекратить…

[1..3]


Папки